На первую страницу сервера "Русское Воскресение"
Разделы обозрения:

Колонка комментатора

Информация

Статьи

Интервью

Правило веры
Православное миросозерцание

Богословие, святоотеческое наследие

Подвижники благочестия

Галерея
Виктор ГРИЦЮК

Георгий КОЛОСОВ

Православное воинство
Дух воинский

Публицистика

Церковь и армия

Библиотека

Национальная идея

Лица России

Родная школа

История

Экономика и промышленность
Библиотека промышленно- экономических знаний

Русская Голгофа
Мученики и исповедники

Тайна беззакония

Славянское братство

Православная ойкумена
Мир Православия

Литературная страница
Проза
, Поэзия, Критика,
Библиотека
, Раритет

Архитектура

Православные обители


Проекты портала:

Русская ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ
Становление

Государствоустроение

Либеральная смута

Правосознание

Возрождение

Союз писателей России
Новости, объявления

Проза

Поэзия

Вести с мест

Рассылка
Почтовая рассылка портала

Песни русского воскресения
Музыка

Поэзия

Храмы
Святой Руси

Фотогалерея

Патриарх
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II

Игорь Шафаревич
Персональная страница

Валерий Ганичев
Персональная страница

Владимир Солоухин
Страница памяти

Вадим Кожинов
Страница памяти

Иконы
Преподобного
Андрея Рублева


Дружественные проекты:

Христианство.Ру
каталог православных ресурсов

Русская беседа
Православный форум


Подписка на рассылку
Русское Воскресение
(обновления сервера, избранные материалы, информация)



Расширенный поиск

Портал
"Русское Воскресение"



Искомое.Ру. Полнотекстовая православная поисковая система
Каталог Православное Христианство.Ру

Архитектура  
Версия для печати

Архитектурные химеры, Часть III

О большевицком наследии в московской архитектуре

Настали времена другие:
Исчезни, краткий наш позор!
Благослови Москву, Россия!
Война по гроб - наш договор!
А.С. Пушкин

Очерк о московских архитектурных химерах будет однобоким, если ограничиваться только их описаниями. Информация, факты - вещи бесспорно необходимые, первоочередные. Но еще в начале очерка было заявлено, что избавиться от "духовных ран", нанесенных нашему народу создателями химер можно лишь с "полным истреблением созданных химер". Рассказы об архитектурных чудищах, да при этом еще о борьбе за их уничтожение, интересны вдвойне. Поэтому здесь, наряду с очередными описаниями двух "благополучно здравствующих" химер: небольшого Росстеня и громадного градостроительного Барабашки, рассказано еще об уничтожении недавно двух других архитектурных химер: Каборга и Рогомуза. Правда, обстоятельства уничтожения были облегченными: химеры были запроектированы, а работы по их воплощению только начаты. Но публикация даже такого опыта "истребления химер" (и вместо них "воссоздания святынь") интересна и полезна. Ведь все действующие лица в этих эпизодах: химермейстеры и охмуряемые ими россияне,- имеются в обоюдном наличии, могут себя узнать.

Многие москвичи ныне сами являются свидетелями, даже участниками уничтожения других химер города (например, переделанных церквей в разные заведения) и возвращения Москве многих святынь (реставрация церквей). Их рассказы, информация об этом могут быть не менее интересными и в плане обмена опытом полезными. Наша Златоглавая Священная Москва должна снова обрести свою Божественную сущность - символику Золотого Небесного Града!

 

Росстень

Истине пришьдыии, Праздьчь есть стечь.
Супрасльская рукопись

Росстень ( Из всех архитектурных химер эта, пожалуй, наиболее кощунственная, внутренне самая жуткая, - можно сказать, всем химерам химера. Ей можно было бы дать и самое поганое прозвище. Но его пришлось вынужденно дать помягче и вот почему Создателям химеры удалось влезть в душу простого русского, советского человека, заставив эту душу трепетать, рыдать, убиваться. Не хотелось еще поэтому употреблять здесь грубого слова, неприятного на слух имени. Как-то само собой возникшее точное прозвище химеры стало отличаться от других чуть ли не поэтичностью. Вместе с тем ощущается, что в нем сокрыта какая-то беда. Древнее русское слово "стень" означало недействительность, тень, призрак, идола, ложного бога. Для россиян и был создан призрачный кумир - "памятник стенания".

8 мая 1967 года перед ежегодным праздником Днем Победы над фашизмом Европы у Кремлевской стены в Александровском саду был зажжен вечный огонь на специально устроенной Могиле Неизвестного солдата. Могила трактовалась как памятник-символ в честь-воинов, погибших в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 годов, а огонь как символ неугасимой народной памяти о них. Ныне трактовку пытаются расширить также на погибших воинов в Афганистане, Чечне... Памятник создал Д. Бурдин и Кo, конечно, под художественным руководством ЦК, МК и СМ.

Гроб-могила... как дорогой подарок нам в самый радостный общенародный праздник Победы?! Выдали жуткий коктейль счастья и горя, меда с хинином. И отказаться нельзя - навязали, глотай... Это было не просто по-цекакски, по-советски (к празднику, к юбилею). В необязательном совмещении событий было еще что-то извращенно-изуверское. Но это утаенное "нечто" во всеобщем праздничном ажиотаже не ожидалось. У разрыдавшихся советских людей слезы застили глаза, и они опять не смогли увидеть... подсунутой им очередной химеры.

А ведь памятник для поминовения наших погибших воинов мог бы быть более ясным, действенным, индивидуально-человечным (да и не обязательно на том месте). Например, наподобие храма с его священными службами, поминальными ритуалами, трепетными памятными огоньками свечек в руках плачущих сердцем и душой о безвременно ушедших родных и близких: молодых, юных... "Получившийся" же памятник большую часть времени пассивен. Люди из суеты своих будней как бы "откинули" поминальную функцию в сторону на бездушный огонь, растерянно-тупо бормоча иногда под нос подсказанную им по такому случаю диффузную фразу: "Никто не забыт и ничто не забыто".

Памятник мог быть создан вообще уникальным, сугубо российским, московским, - чего он вполне заслуживает. Для этого требовался лишь талантливый русский художник, зодчий, творец. А в итоге получили бездарный повтор-подражание Могиле Неизвестного солдата (матроса) в центре Парижа. Но что представлял собой образец? Вот как в 1940 году воспринял, тогда еще уникальный, французский памятник наш писатель И.Д. Сургучев:

"Париж! Париж! Столица мира! Столица Неизвестного таинственного солдата, погребенного на самом пупе земли! Декоративный труп, лишенный панихид, креста, материнских слез. Бедный солдат! Куда бежать от президентских парадов, холодных бесслезных цветов, дипломатической лжи и этих притворных вытягиваний рук по швам?..

Могила Неизвестного солдата - это самая дикая и фальшивая нота демократической Европы. Из человеческого трупа, нуждающегося в могиле и кресте, сделали "гвоздь" столицы, монмартрский номер... Нехорошо, когда около христианского трупа "слишком кипит житейское море"... Зря не дали покоя доброму и доблестному солдату".

Любой памятник начинается с выбора для него места. Иерархия памятников обычно соответствует разной значимости мест. А Могила Неизвестного солдата, даже "судя по Парижу", - объект перворазрядный. Где же нашли место "шумного упокоения" нашему советскому Неизвестному солдату? Какой для него в 1967 году отыскали "пуп" на земле Москвы - коммунистической Столицы Мира! Здесь все важно до мелочей, нюансов.

В 1913 году возле Кремля соорудили монумент в честь 300-летия царского дома Романовых. Его поставили против главных входных ворот внутри Александровского сада в эффектном створе на замыкании продолговатой Воскресенской площади. Высокий гранитный обелиск с соответствующими юбилею символами и надписями завершался двуглавым орлом, как бы опустившимся на его острие. Памятник стоял также недалеко от таинственного грота архитектора Бовэ у подножия Малой Арсенальной башни Кремля. Место здесь изменило свой интимно-садовый характер: стало высоко осмысленным, торжественным и, конечно, еще более красивым.

После Великой Октябрьской Социалистической Революции (ВОСР) и переезда в Москву из Петрограда в марте 1918 года нового революционного правительства, на Красной площади стали проводиться парады войск, устраиваться митинги, манифестации трудящихся (парад Всеобуча, митинг 1 Мая, демонстрация 7 Ноября...). Сознательные пролетарии, подходя толпами по Тверской улице, Дмитровке, Петровке, скапливались и выстраивались колоннами на Воскресенской площади перед входом на Красную площадь. Раньше такого не бывало.

Обелиск Романовых сразу же подпал под декрет 12 апреля "О снятии памятников, возведенных в честь царей и их слуг..." Но его не убрали, а извращенно использовали, создав революционный мемориал. Летом с обелиска сбросили орла, сорвали все золоченые символы, надписи о русских царях и, осуществляя ленинский план монументальной пропаганды, подменили их черным по цвету списком революционеров мира: Маркс, Энгельс, Либкнехт, Лассаль, Бебель... и проч. интернационал. Рядом против грота Бовэ поставили бетонную статую Робеспьера скульптора Сандомирской (возможно, приехавшей из одноименного польского местечка). Воскресенскую площадь переименовали на площадь Революции, - обелиск стал ее смысловым "гвоздем", хотя и сдвинутым немного в сад.

Все бы ладно, да случилось непредвиденное. Именно здесь, как назло, возникла совсем непотребная "функция". Еще при создании красивого, сверкавшего золотой россыпью юбилейного обелиска Романовых царские слуги дали досадную промашку: совсем забыли устроить при нем общественные уборные. А при начавшихся рядом в 1918 году массовых скоплений манифестантов стало неизбежным "закустовье". Укромное место в углу Александровского сада возле Кремлевской стены и обелиска стало первым "нелегальным" отхожим местом. Новая власть поначалу, очевидно, не возражала против такой, вроде бы случайной, предварительной формы демонстрации десятков сознательных рабочих в отношении русских царей во время митинга на Красной площади 1 Мая. Но она не могла этого простить тысячам несознательных пролетариев в отношении интернациональных борцов за российскую свободу, равенство и братство при массовой октябрьской демонстрации 7 Ноября.

Такая неразборчивость пролетариата в своих приоритетах заставила власть "вытащить" нелегальное отхожее место вон из сада, сделав его "легальным". Тут же рядом, но уже на самом месте формирования и начала движения колонн демонстрантов на Красную площадь, то есть снаружи главных садовых ворот под Собакиной башней Кремля спешно построили павильон-писсуар. Большего, судя по "закустовыо", сначала не требовалось. Да и канализацию сюда, очевидно, не могли быстро подвести, ограничившись простым стоком в зазаборную садовую яму Казалось бы, проблема, ко всеобщему облегчению, была находчиво и блестяще решена. Однако после явно скороспелого ее решения возникло новое недоразумение, на этот раз более серьезного идеологического порядка.

Праздники с манифестациями случались сравнительно редко: "раз, два и обчелся". А павильон на площади Революции, да еще в ансамбле с высокой, как бы "сигнальной" Собакиной башней над ним, торчал "по вся дни". "Собакин ансамбль" выпирал вперед на солнце, тогда как революционный мемориал прятался позади в тени сада за воротами (все должно было быть наоборот). Получался конфуз на весь вскоре созданный Союз! Народ уделял больше внимания павильону,- мало интересуясь революционным мемориалом. "Гвоздь" перестал быть "гвоздем". Само название площади стало не вполне соответствовать логике московских адресных указаний: оно просилось на французский лад - "Писсуарная". Положение не спасала даже скульптура Маркса - Энгельса, поскольку она была открыта Лениным на другом конце узкой площади против Большого театра. Получалось, что писсуар не просто нагло, как швейцар, торчал на революционной площади при входе на Красную площадь,- он мешал делу монументальной коммунистической пропаганды!

Однако только через десять лет, к 1930 году, его наконец-то смогли, опять же с радостью, ликвидировать. Идя навстречу настойчивым просьбам трудящихся рабочих об устройстве настоящих площадных уборных (см. химеру Блажгауз), здесь же, но чуть выше торжественно открыли третье по счету отхожее место. Огромный подземный туалет для манифестантов соорудили... возле фундаментов обрушенной по такому случаю верхней часовни во имя святого Александра Невского при Никольских воротах Кремля (см. химеру Тригроб). Кстати, чуть раньше рядом на площади Охотный ряд снесли нижнюю часовню святого Александра Невского как якобы мешавшую скапливаться толпам демонстрантов. И ничего нельзя было поделать: осуществлялся декрет Ленина "О снятии памятников"... царям.

В 1967 году, почти через 50 лет после общенародной ВОСР и 37 лет ликвидации "Собакина ансамбля", когда двумя новыми поколениями советских людей все было достаточно забыто, исписанный по-заборному обелиск отодвинули в глубь сада, а место первого "нелегального" отхожего места в Александровском саду у Кремлевской стены (закустовья) и засыпанных там же десятилетней сточной канавы и ямы второго "легального" отхожего места (писсуара) отвели для Могилы Неизвестного советского солдата!

Бедный солдат! Куда тебя торжественно опустили под звуки Государственного гимна и грохот воинского салюта? Может быть, в Париже для погибшего морского матроса и постарались устроить "землю пухом" посреди солнечных Елисейских полей. А какой "пух" для солдатского "праха" нашли у нас в глухом, некогда вонючем углу за забором сада под старой крепостной стеной? Уж если подражать французам до конца, то солдата надо было похоронить на каких-нибудь цветастых московских Елисейских полях. Ведь древнегреческое слово "Элиссиум" означало блаженную страну, райское место, где боги упокаивали души павших в битвах героев.

Но в Москве, оказывается, ориентировались еще на один памятник-символ - иудейскую иерусалимскую Стену Плача, - а он "не позволил" устроить могилу нашего советского Неизвестного солдата в каком-либо ином месте коммунисте-' ческой столицы. Росстень создавался в неразрывном композиционном единстве со стеной Кремля! Мемориал поэтому можно еще с полным правом называть "Кремлевской Стеной Плача"!

Бесспорно, эта Стена не идет ни в какое сравнение со Стеной-образцом: опять "повтор-подражание" на более низком символическом уровне, иная причина плача, - стенают к сте-ню, а не к Богу, при этом не у самой стены, а у огня перед ней. В этой связи есть смысл также внимательней рассмотреть: какой такой "вечный огонь" зажгли здесь патологические богоборцы? *

Наша Русь-Россия - христианская страна вот уже тысячу лет, и понятия мы должны черпать не только из безбрежного моря-окияна великого и могучего русского языка, но и живоносного источника откровений православного христианства. Огонь - такое же творение Божие, что и весь мир. Однако у христиан сложилось два полюсных представления о нем: это огонь Благодатный и огонь вечный.

Благодатный огонь ежегодно нисходит на Гроб Господень в Иерусалиме и как бы переносится-распространяется затем миллионами свечей, лампад, свещников по местам молитв христиан на погостах, в храмах, монастырях, домах, весях, городах. Символически Святой огонь возжигается также с молитвами перед христианскими мощами-могилами, жертвенниками, иконами во имя Господне, - ведь и Бог сошел когда-то на гору Синай к Моисею в виде Огня!

А что записано в Библии о "вечном огне"? Это геенна огненная, преисподняя, ад, устроенные Богом для сатаны и чертей. В вечном огне в страшных мучениях горят также тела и души грешников. Как говорил Господь, это "трупы людей, отступивших от Меня, ибо червь их не умрет, и огнь их не угаснет" (Ис., 66, 24); "Идите от Мене, проклятии, во огнь вечный, уготованный дьяволу и аггелам его" (Мф., 25, 41); "И смерть и ад повержены в озеро... огненное и серное... и будут мучиться день и ночь во веки веков!" (Откр., 20, 10, 14).

Нет надобности цитировать подобные же высказывания о вечном огне отцов Вселенской церкви, летописцев наших хроник. Достаточно еще отметить, что каждый христианин в Утренней молитве ежедневно просит Господа и Пресвятую Богородицу о милости: "Избави мя огня вечнующаго, и червия злого, и тартара". Поэтому в православной Святой Руси вообще никогда даже не могло быть какого-либо памятника с вечным огнем - он воспринимался бы как сатанинское капище.

Но именно такое капище устроили у себя сначала масонствующие французы в 1921 году, затем ленинградские коммунисты в 1957-м. Потом газовые горелки вспыхнули над нашими павшими солдатами в Сталинграде, Севастополе, Одессе, Керчи, Киеве, Калининграде, Минске, Можайске... Вечный огонь, явно назло, зажгли под Троице-Сергиевой лаврой - святыней русских христиан (немцы-то сюда не приходили). Адскому огню, который повсюду разбросали лукавые, стали поклоняться и стар, и млад: отдавать салют пионеры, воинскую честь - марширующие солдаты. У него заставили стенать наших бедных во всех^ смыслах стариков и старушек - усыпанных орденами-наградами ветеранов войны и тыла.

Писательница Валентина Сологуб, исследовавшая недавно "огненную проблему" (см. жур. "Мир Божий", N 2), отметила еще появившийся ритуал-поклонение вечному огню новобрачных. "Огненный капкан как бы замкнулся: символически приносятся в жертву не только души усопших предков, но и будущие дети, отдается в плен сатане новый род. В православном храме брачующихся венчает Бог, беря народившуюся семью и их потомство под Свой покров... А здесь у кого они ищут защиты, ждут помощи?"

Возле Кремлевской стены огонь до сих пор вырывается из "черной дыры" в центре лежащей бронзовой пятиконечной звезды. Поскольку звезда Соломона (пентаграмма) не только общеизвестный символ масонов и коммунистов, но еще и энергетический знак сатаны Бафомета, вечный огонь из звезды знаменует своеобразный протуберанец геенны огненной, в которую и был брошен наш погибший солдат. А как солдат неведомо чей. Неизвестный, он олицетворяет собой всех советских, российских солдат, погибших за наше Отечество и тоже как бы брошенных в преисподнюю к чертям.

Полбеды, если солдат был атеистом, комсомольцем, коммунистом. "По што пойдёшь, то и найдёшь",- говорили исстари на Руси. Но ведь беда человеческая, если солдат был крещеным, был христианином! По-христиански над его могилой полагается стоять кресту - символу вечной, загробной жизни в Царстве Небесном, в Раю. А мертвому солдату коммунисты уготовили вечно гореть синим пламенем!

Еще солдат мог оказаться буддистом, или мусульманином, или даже иудеем... Но и в таком случае беспредельное кощунство налицо. Созданной архитектурной химере, с ее огненным дыханием от вечно горящей в ее утробе священной для нас жертвы войны, заставили изощреннейшим способом поклоняться миллионы людей всех религий земли.

Недавно произошло небольшое, но примечательное событие, которое позволяет сопоставить между собой две самых выдающихся химеры Москвы: Тригроб и Росстень. При описании Тригроба подчеркивались большой градостроительный масштаб химеры и завершенность ее ансамбля-комплекса. Отмечалось, что еще в 30-х годах "дух химеры набрал необходимое зловонное качество гремучей смеси советской "святости" и химерического "кощунства". Однако несмотря на мощный пресс лукавого коммунистического ликбеза, вождь мирового пролетариата начал недавно "обвально" отторгаться людскими сердцами за его все более проясняющиеся лживость и живодерность. Следом так же быстро шло неприятие священного поначалу Тригроба-храма.

И вот здесь следует отдать должное изворотливости химермейстеров, создавших душещипательное сатанинское капище у Кремлевской Стены Плача. Маленький Росстень по указанным свойствам гремучести перехлестнул огромный комплекс Тригроба. Он захватил еще в 60-х годах не разум и сердце, а самую душу людей, и не отпускает, мучая и терзая ее до сих пор. Оценивая это по достоинству, химере всех химер оказали недавно, перед Новым 1998 годом, должное ритуальное почтение: Кремлевский Пост N 1 как бы мертвых часовых-истуканов переместили от Тригроба к Росстеню.

 

Каборг

(из истории уничтожения химеры)

В 1989 году в Московское городское отделение Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры приехал из подмосковного города Одинцова подполковник Н. Он вышел в отставку и был назначен на гражданке директором вновь создаваемого тогда концертного зала органной музыки. Под орган и зал власти Одинцова решили приспособить городскую церковь, давно используемую в качестве производственной мастерской.

Но подполковника Н., как истинно русского человека, начали мучить сомнения. Изуродованный храм, ободранный внутри и снаружи, без крестов и кладбища, стали ремонтировать и красить снаружи, однако опять реконструировать-уродовать внутри, хотя и с благовидной, казалось бы, целью. К тому же новый директор заподозрил что-то неладное в работах по новому приспособлению храма: возможность использования его в будущем под кафе-ресторан. Представьте, как это заманчиво-оригинально - кабак с органной музыкой. Ведь вся музыкально-интеллектуальная элита Москвы (и не только элита) зачастит на иномарках в подмосковный одинцовский Каборг! Естественно, при первом же противодействии ресторанному использованию органного зала совестливого директора могли легко сменить на бессовестного.

И подполковник Н. решил... пожертвовать своей заманчивой престижной должностью: вообще уничтожить нарождающуюся архитектурную химеру, обратившись за профессиональной помощью в МГО ВООПИиК. В результате появился документ, который очень поспособствовал вскоре передаче полуразрушенного храма Русской Православной церкви.

ЭКСПЕРТНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ
по проекту приспособления памятника архитектуры XIX века церкви иконы Гребневской Богоматери под органный зал в г. Одинцове Московской области

На экспертизу представлены два проектных чертежа приспособления церкви в М. 1:5в на стадии РП: N 4 - план подвала и N 5 - план I этажа. В соответствии с этими чертежами начаты строительные работы внутри храма. Анализ чертежей, но особенно обследование объекта на месте, позволили составить полное представление о будущем памятника архитектуры.

Негативная сторона дела

1. Жители г. Одинцова безнравственно забросили и забыли могилы своих покойных дедов и прадедов на кладбище возле храма 1ребневской Божией Матери. На дворе храма мусорная свалка, а сама церковь до предела запущена. Решение заказчика использовать бывший православный храм под зал католической органной музыки - не лучшее. Лучшее решение - отдать храм верующим. Тогда неспешно были бы восстановлены и памятник архитектуры, и кладбище возле храма. Но коль скоро никто мнения народа на этот счет не спрашивал, и волевое решение принято, то прежде всего:

2. Негоже строить туалеты с курительной комнатой при них под храмом, даже закрытом и приспособленном (снаружи он все равно - храм). Налицо - изощренное надругательство, можно сказать даже - ритуальная диверсия. При засоре канализации (а это у нас не редкость), зловоние и дым будут наполнять храм, поднимаясь вверх из подвала по устроенной рядом новой широкой лестнице. Это кощунственно вдвойне оттого, что храм приспосабливается для людей тонко организованных: любящих музыку, живопись, архитектуру. Все это искусство будет дурно пахнуть.

3. Нельзя устраивать огромную дыру в полу церкви для размещения в ней распашной трехмаршевой лестницы. Мало того, что огромная лестница, по существу, уничтожает полезную площадь левого придела и без того небольшого храма, служит тяге запахов из подвала, здесь вообще неуместен сам широкий парадный спуск к туалетам и буфету. Более того, зимой по лестнице один поток одетых в шубы людей должен спускаться вниз в гардероб, а другой поток раздетых людей - подниматься вверх. Налицо дефект схемы: перепутанность потоков посетителей.

4. Отдельный вход в подземный буфет с курилкой и туалетами и отдельный ход в залы храма позволяют им так же отдельно функционировать. Говоря иначе, здесь запроектирована возможность функционирования храма не только в качестве зала музыки и художественных выставок, но также и в качестве "кабака". Последняя функция, при желании, может в какие-то дни "подниматься" по трехмаршевой лестнице вверх и "расширяться" на весь храм до функции "заказного ресторана". Более того, реальна возможность вообще одним движением руки заказчика навсегда отменить концерты музыки. В правом приделе запроектирована сцена для небольшого джаз-оркестра, а по всем залам могут быть поставлены столики. Возможность такой трансформации заложена в проекте приспособления храма. Проект как бы имеет два дна: одно - явное, другое - скрытое. Конечно, в этих подозрениях можно ошибиться. Но, во всяком случае, требуется доказать невозможность вторжения кабацкой функции в храм.

Рекомендации

1. Очистить территорию храма от мусорной свалки, благоустроить территорию, отремонтировать ограду, выставить сохранившиеся надгробия.

2. Туалеты можно устроить снаружи и сбоку от храма рядом с подземной вентиляционной камерой. Вход - пробить изнутри подвала.

3. Распашную трехмаршевую лестницу совсем не делать. Лишь в противопожарных целях здесь в углу храма можно устроить маленькую винтовую металлическую лестницу. На месте буфета сделать гардероб (туалеты будут рядом). Для связи гардероба с I этажом отремонтировать имеющуюся лестницу в "комнате администратора". Это - летний ход вниз. Зимой спуск в гардероб - снаружи, по запроектированной новой лестнице между тепловым пунктом и венткамерой. Потоки посетителей'- разделены.

4. Стационарного буфета можно не делать. Временный можно разместить на месте устраненных туалетов и курительной комнаты.

5. Подвал левого придела может использоваться для выставок прикладного искусства, скульптуры, творчества детей и проч., не мешая музыкальным программам.

6. Не разделять искусственными арками поперечное пространство храма на три части. Наоборот, необходимо сохранить это пространство как большой зал для концертов хоровой, камерной музыки, для чего следует лишь предусмотреть небольшую сцену справа у боковой стены и окон придела. Для органных концертов храм может использоваться вдоль, для чего переориентируются лавки-сиденья.

Указанные рекомендации даны по первой заповеди архитектора-реставратора "не вреди памятнику". Представленный на экспертизу проект составлен не по этой заповеди, потому он и требует корректировки.

20.У1.89 (Подпись) Мокеев Г.Я., кандидат архитектуры, член Президиума, член секции Архитектуры и градостроительства Московского городского отделения ВООПИиК, бывший главный архитектор реставрационной мастерской Мособлстройреставрации.

 

Рогомуз

(из истории уничтожения химеры)

В 1989 году в московском музее имени Андрея Рублева была образована комиссия в составе трех архитекторов для проверки реставрационных работ и работ по приспособлению церкви св. Сергия в Рогожской под музейное использование. Комиссия обнаружила следующее:

- Схема приспособления храма оказалась еще более извращенной, - если сравнивать ее со схемой приспособления храма в Одинцове. Там хотя бы путь посетителей был запроектирован, как положено в храме, с запада на восток. Здесь же он противоестественно для храма делался наоборот: с востока за запад. Подобно письму: мы пишем слева направо, но среди нас живут люди, которые пишут наоборот - справа налево. Типичный случай для творчества химермейстеров: подумал - извратил.

- В соответствии с этим западный парадный вход в храм запечатывался наглухо. Вход с востока устраивался... под алтарем в приямке окна подвала по новой крутой лестнице (с поворотом в окно). Правда, само окно растесывалось и превращалось в дверь-вход. Вместо культурно-торжественного вшествия в музей - сразу же какая-то "крысиная дыра" в подполье.

- Углубляя подвал церкви для устройства там вестибюля и раздевалки с 1,6 м до 2,6 м, реставраторы (Давис и Ко) безнаказанно выбросили на свалку останки всех священников Рогожской слободы, хоронившиеся в низком подклете храма около двух столетий.

- Но, оголив при углублении грунта столбчатые фундаменты под пол алтаря и клироса, реставраторам пришлось взять их в стальные бандажи и облицевать таким дорогостоящим белым мрамором, какого не найти даже в метро. Бешеные деньги были вынуты, конечно, из кармана музея (бюджета Минкультуры).

- Далее из подклета-вестибюля наверх в зал храма-музея была пробита дыра (в полу храма), в которой устроена лестница.

- Но перед лестницей в подклете по центру крупного храма были построены туалеты с затрудненной естественной вентиляцией (принудительная от середины храма - не предусматривалась). Зловоние, таким образом, было запроектировано: оно постоянно поднималось бы по лестнице вверх в выставочный зал, и все древнерусское искусство дурно бы пахло в течение всего времени!

Здесь нет места для публикации обширного профессионального Заключения музейной комиссии. Предлагается вниманию лишь выписка из Заключения - также сделанная комиссией, с обращением особого внимания на пункты 2 и 8.

ВЫПИСКА
из Заключения комиссии Центрального музея древнерусской культуры и искусства имени Андрея Рублева по проекту приспособления церкви Сергия в Рогожской слободе для музея

В проектной документации, по которой ведутся строительные работы, содержатся чертежи, связанные не столько с реставрацией, сколько с последовательным разрушением памятника под видом его приспособления под экспозицию древнерусской живописи.

2. Нарушены обычные для храма коммуникационные связи. Парадный поток посетителей направлен в подполье через узкий приямок около алтаря. Высота помещения - 2, 6 м со сводчатыми потолками. Дверь в подвал не подходит по нормам по общественным зданиям, не говоря уже о музеях. Далее, раздевшись, экскурсант через пролом в полу по лестнице, взятой из панельного дома с малометражными квартирами, проникает в самую сердцевину здания, нарушая тысячелетний обычай движения внутри храма. Затем он обходит по периметру экспозицию и по той же лестнице, мешая встречным, спускается в подвал, чтобы одеться, и по зауженному проему в притворе, по крутой лестнице, поднимается наверх. Примененные здесь в притворе марши с узкой проступью и увеличенной высотой соответствуют лестницам эпизодического использования: для подвалов, чердаков или для технических помещений. Для общественных зданий с регулярным потоком они запрещены и не применяются. Проступи наклоним, повышая вероятность тяжелейшего травматизма при соскальзывании в осенне-зимний и весенний периоды.

8. Размещение кассы под алтарем, туалетов под подкупольным пространством храма свидетельствуют о предельно низкой культуре проектировщиков, согласующих инстанций. Ведь они предлагают кощунственное решение для музея, где должна вестись пропаганда древнерусского искусства, архитектуры и культуры. Спас из купола не должен благословлять сидящих на горшках. Короче говоря, проект приспособления выполнен безграмотно.

Неотложные мероприятия и рекомендации

1. Реставраторы должны восстановить все нарушенные части храма, убрав новые включения, не соответствующие облику памятника, используя чертежи по проекту реставрации 1983 года.

2. Заложить дверной проем в алтаре и не устраивать приямка. В дальнейшем восстановить здесь утраченные проемы.

3. Восстановить разобранную лестницу наверх в притворе.

4. Утеплить проемы во избежание размораживания отопительной системы.

5. Устроить утепленный входной тамбур.

6. Выполняемые работы должны носить консервационный характер в текущее время.

М.П. Кудрявцев Г.В. Борисович Г.Я. Мокеев

Зав. отделом древнерусского градостроительства и архитектуры музея им. Андрея Рублева кандидат архитектуры (Подпись)

Ст. научный сотрудник, кандидат архитектуры (Подпись)

Ст. научный сотрудник, кандидат архитектуры (Подпись)

Печать ЦМиАР

Р.S. Недавно храм был передан Русской Православной Церкви.

 

Барабашка

Услужливые враги все же опасней дураков.
Кажется, русская поговорка.

"Бар башка" по-хазарски - "имеется голова" или "есть голова". Русский смысл термина довольно странный, но по происхождению, возможно, опускается в глубь веков к хазарскому. Один знакомый врач-нарколог М. рассказал, что алкоголики, уже находящиеся в стадии белой горячки, нередко разговаривают с "Барабашкой". Некоторые даже видели его. Он появлялся поздно вечером в темени комнатного потолочного угла: по словам одних - в виде черной говорящей головы с горящими смотрящими глазами, по словам других - в виде туманного красноватого краба или очень крупного клеща с хоботом, лапами, хвостом. Видели во мраке и другие образы, но описать их затруднялись. Иногда один "говорящий" образ видоизменялся в другой "молчащий". Затем чудище начинало медленно приближаться по стене, шевеля тонким хоботом. Больной пытался кричать, но у него исчезал голос, хотел заслониться или бежать, но отнимались руки-ноги... В страхе он весь покрывался потом. Рассказывая друг другу про чудо-юдо, многие крутые алкаши сами затем начинали видеть его, разговаривать с ним во времена болезненных приступов.

К 1971 году многочисленным коллективом специалистов-проектировщиков московского ГлавАПУ был разработан новый Генеральный план строительства Москвы на срок до 2010 года. В развитие прежнего моноцентрического запроектировали новый полицентрический "звездообразный" общественно-государственный центр столицы. Работа была проделана бесспорно огромная, масштабная разросшемуся до гигантских размеров городу-агломерации. Конечно, все знали, что если столица - "сердце" страны Советов, то столичный центр "есть голова" для Советов, "мозг страны". Отсюда - особенное внимание к Центру, сверхсерьезность и сверхответственность дела его проектирования. Ведь создавался символ коммунистического завтра!

Но... О ужас! Зона общественно-государственного центра всеми чаемой образцовой коммунистической Москвы получила в плане вид... Барабашки! Причем прежняя моноцентрическая "голова" уже успела здесь трансформироваться в многочленное "чудище обло, огромно" с хоботом, лапами, хвостом! И даже какими-то "отправлениями" его наличия по сторонам хвоста!

В проекте отвратительный клещ-кровосос достиг жертвы и впился в тело, надо думать, уже вдрызг пьяной Москвы: за сорок проектных лет она должна пройти стадии красной, белой горячки, потом ее должна добить уже синяя. Но Барабашка еще не звезда. Поэтому-то его постарались показать как можно отвратительней,- .очевидно, те, кто видел "живое" чудо-юдо, брал у него интервью, слышал его ценные указания.

А настоящую звезду, - вероятно, как голубую мечту, - они запроектировали на перспективу, во вторую очереДь строительства столичного центра после 2010 года. К середине XXI века на спине грандиозного градостроительного Барабашки в качестве своеобразной, явно символической печати должен проступить, четко проявиться шестиконечный огромный Звездодав (впервые "описан" и "выведен в свет" в МГ, N 1 с.г.). Красную химеру посреди белого (свободного) города должна окончательно задавить химера синяя,- "при честном при всем народе" евро-домском и восторженных кликах: "0'кей!", "Виват!", "Хайль!"...

Сказавши "аз", можно говорить и "бука". По логике указанного запрограммированного прогресса уже сейчас общеизвестное на весь мир утреннее начало передач радио и телевидения "Говорит Москва" должно звучать в ушах не просыхающих москвичей не иначе как "Говорит Барабашка", а в не таком уж далеком будущем - по медицински-ласково: "Добъое утьо! Говоьит Звездодав!".

Более того, древние куранты Спасской башни, музыкально сопровождающие "Голос Москвы", кажется, игравшие раньше "Боже, царя храни", а ныне фальшиво "Интернационал", в настоящее время уже пытаются обучить играть "Марш Глинки". Этот марш очень понравился "новым русским", и они сделали его гимном запроданной на корню колониальной в будущем страны Нью-Рашн, или Нового Израиля,- как еще в XVI веке прозорливо называл ее царь Иван Грозный. Впрочем, когда возникнет столичный Звездодав, тогда может появиться в исполнении курантов и более новый, ныне еще неведомый гимн. Лиха беда-начало... очередной перестройки!

Что за наваждения эти запроектированные странные градостроительные символы? Все это случайно, вынужденно или нарочно? Или это дружная многотысячная главапуповская шутка, единогласно в 1971 году поддержанная и утвержденная к исполнению сверхсерьезными СМ, МК и ЦК? Здесь есть о чем подумать трезвому русскому человеку.

Прежде всего ему не следует представлять зону общественно-государственного центра Москвы как бумажный чертеж, который все вытерпит, - а тем более как чертеж-шутку. Генеральный план столицы - это первостатейный юридический документ, - закон для подчиненных. Да и к понятию "зона" всех давно приучили относиться до смерти серьезно. Именно в такую "смертоносную зону" заключили сначала нашу родимую, ветхую, годами богомольную бабушку Москву для насильственного коммунистического перевоспитания и омоложения после переезда к ней на харчи и куличи революционного Советского правительства (ведь с отъездом этого правительства из Петрограда Ленинград сохранился от такого "омоложения"!). И как "было положено", в такой "зоне" много десятков лет не только выборочно, но целыми кварталами уничтожали старинную московскую застройку. Под разные смешочки и веселые лозунги сокрушали десятки, сотни уникальных памятников русской архитектуры и градостроительства.

Затем "зону" также выборочно или кварталами химермейстеры застраивали новыми общественно-культурными и административно-просвещательными зданиями, спортивно-монументальными и мемориально-очистными сооружениями. А шесть нодальных центров Звездодава вокруг древней Москвы должны, быть плотно застроены, как нью-йоркский Манхэттен, зданиями-небоскребами в 30 и более этажей. И ведь все это создается! Осуществляется!

Говоря иначе, Барабашка со Звездодавом на спине как грандиозная в плане, все явственнее проявляющаяся в центре столичной агломерации "архитектурная невидаль" воплощается в стали, алюминии, бетоне, граните, стекле, зарастает шерстью посаженных многолетних деревьев,- то есть становится градостроительной реальностью Москвы XXI века!

Как же удалось прежде всего чисто градостроительно запроектировать в центре русской столицы чудо-юдного Бара-башку с откровенно нерусским Звездодавом?

В Генеральном плане Москвы 1935 года было запроектировано три сквозных магистрали-диаметра, пересекающихся в древнем центре города (о них подробнее писалось в рассказе о Звездодаве). Ни до войны, ни после нее диаметры сквозь центр не прошли. А поскольку в 50-х - 60-х годах город быстро разросся по периферии, три диаметра превратились там в шесть "главных радиусов". К 1971 году Москва стала таким огромным городом, что потребовалось упростить систему его районирования и управления. Вместо 33 районов проектировщики предложили разделить его на 8 планировочных зон (опять зон). Старая Москва становилась центральной зоной, а вокруг нее создавались семь окраинных зон со своими административными подцентрами.

Однако чутким администраторам, вероятно, не понравилось слово "зоны" (наступила демократия вместо тоталитаризма) и они создали 9 округов: центральный и 8 по восьми странам света. Затем они выделили из России всю Москву в особое "Тридевятое Царство" (три - это формы собственности над неподвижностью в 9 округах: городская, региональная, федеральная).

Но "главных радиусов" в городе проектировщики по-прежнему насчитывали только шесть и других среди пятнадцати не видели. По этим шести и "двинули" наружу от круглого центра "выплески" общественно-государственной застройки до шести намеченных подцентров шести планировочных зон. Так возник градостроительный Барабашка с его хоботом, четырьмя лапами и хвостом. А два окраинных подцентра не получили общественной застройки,.срединявшей ихсдентром. Они оказались в проекте массивами, как бы отлетевшими от центра-Барабашки в стороны от его хвоста. Ну а шесть нодальных центров Звездодава должны окончательно закрепить шесть направлений роста столичного центра будущей Москвы.

Вынужденно создавая Барабашку, только еще рисуя в плане конфигурацию общественно-государственного центра столицы, химермейстеры постарались изобразить его мерзким, отвратительным. Как в своеобразный тотем, они вложили в его образ всю свою скрытую ненависть к коммунистической Москве. Но трансформировав моноцентрический столичный центр. - "голову" страны Советов - в многочленный образ Барабашки, они изобразили фактически свой легальный об-' раз, поскольку у него как клеймо, как родовое пятно на спине должен проступить затем образ нелегального поначалу шестиконечного Звездодава.

А нам, как говорили на Святой Руси, нужно постараться ныне и в будущем "не изронить жемчужной души" из грешного тела. Посреди недоделанного Барабашки и еще не созданного Звездодава сверкает золотом Древняя Москва - полуразрушенный средневековый символ Золотого Небесного Града. Еще слабым, но все более крепнущим Божественным Голосом храмовых колоколов с нами "Говорит Священная Москва!". Это Она является знамением Надежды, Веры, Любви и Духовной Крепостью нашего полуистребленного русского народа. "Благослови Москву, Россия!"

( Продолжение следует... )

Г.Мокеев, 23.1.98


 
Ссылки по теме:
 

  • Г.Мокеев. Архитектурные химеры, часть II
  • Г.Мокеев. Архитектурные химеры, часть I

  •  
    Поиск Искомое.ru

    Приглашаем обсудить этот материал на форуме друзей нашего портала: "Русская беседа"